В этом-то главном, решающем пункте Томас Манн добился полной победы, сколько бы мы ни оспаривали его тогдашних взглядов на искусство и на самого Гете, - взгля..
Манн Томас (Mann Thomas)
«Лотта в Веймаре»
живых отправленный до срока Таким уродливым, таким увечным, Что лают псы, когда я прохожу, - Чем я займусь в ст..
Уильям Шекспир (William Shakespeare)
«Король Ричард III (пер.М.Донской)»
Все застыли в оцепенении, настолько потрясенные, что никто даже не пытался удержать животное. "Кто пустил сюда эту чертову скотину? -- со злостью выкрикнул начальник тюрьмы...
Джордж Оруэлл (George Orwell)
«Рассказ. Казнь через повешение»
Смотрите также:
Большая советская энциклопедия.Сомерсет Моэм
Вы читаете «Дождь», страница 10 (прочитано 31%)
«Безволосый Мексиканец», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Белье мистера Харрингтона», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Божий суд», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Брак по расчету», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«В львиной шкуре», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Гонолулу», закладка на странице 10 (прочитано 50%)
Я установил тариф, и за каждый грех приходилось платить
деньгами или работой. И в конце концов я заставил их понять.
- И они ни разу не отказались платить?
- А как бы они это сделали? - спросил миссионер.
- Надо быть большим храбрецом, чтобы осмелиться противоречить мистеру
Дэвидсону, - сказала его жена, поджимая губы.
Доктор Макфейл тревожно поглядел на Дэвидсона. То, что он услышал,
глубоко возмутило его, но он не решался высказать свое неодобрение вслух.
- Не забывайте, что в качестве последней меры я мог исключить их из
церковной общины.
- А они принимали это близко к сердцу?
Дэвидсон слегка улыбнулся и потер руки.
- Они не могли продавать копру. И не имели доли в общем улове. В
конечном счете это означало голодную смерть. Да, они принимали это очень
близко к сердцу.
- Расскажи ему про Фреда Олсона, - сказала миссис Дэвидсон.
Миссионер устремил свои горящие глаза на доктора Макфейла.
- Фред Олсон был датским торговцем и много лет прожил на наших
островах. Для торговца он был довольно богат и не слишком-то обрадовался
нашему приезду. Понимаете, он привык делать там все, что ему
заблагорассудится. Туземцам за их копру он платил, сколько хотел, и платил
товарами и водкой. Он был женат на туземке, но открыто изменял ей. Он был
пьяницей. Я дал ему возможность исправиться, но он не воспользовался ею.
Он высмеял меня.
Последние слова Дэвидсон произнес глубоким басом и минуты две молчал.
Наступившая тишина была полна угрозы.
- Через два года он был разорен. Он потерял все, что накопил за
двадцать пять лет. Я сломил его, и в конце концов он был вынужден прийти
ко мне, как нищий, и просить у меня денег на проезд в Сидней.
- Видели бы вы его, когда он пришел к мистеру Дэвидсону, - сказала жена
миссионера. - Прежде это был крепкий, бодрый мужчина, очень толстый и
шумный; а теперь он исхудал, как щепка, и весь трясся. Он сразу стал
стариком.
Дэвидсон ненавидящим взглядом посмотрел за окно во мглу. Снова лил
дождь.
Вдруг внизу раздались какие-то звуки; Дэвидсон повернулся и
вопросительно поглядел на жену. Это громко и хрипло запел граммофон,
выкашливая разухабистый мотив.
- Что это? - спросил миссионер.
Миссис Дэвидсон поправила на носу пенсне.
- Одна из пассажирок второго класса сняла здесь комнату. Наверное, это
у нее.
Они замолкли, прислушиваясь, и вскоре услышали шарканье ног - внизу
танцевали. Затем музыка прекратилась и до них донеслись оживленные голоса
и хлопанье пробок.
- Должно быть, она устроила прощальный вечер для своих знакомых с
парохода, - сказал доктор Макфейл. - Он, кажется, отходит в двенадцать?
Дэвидсон ничего не ответил и поглядел на часы.
- Ты готова? - спросил он жену.
Она встала и свернула вязанье.
Страницы: (30) : << ... 234567891011121314151617 ... >>
Тем временем:
... Приходилось жить -- и ты жил, по привычке,
которая превратилась в инстинкт, -- с сознанием того, что каждое твое слово
подслушивают и каждое твое движение, пока не погас свет, наблюдают.
Уинстон держался к телекрану спиной. Так безопаснее; хотя -- он знал
это -- спина тоже выдает. В километре от его окна громоздилось над чумазым
городом белое здание министерства правды -- место его службы. Вот он, со
смутным отвращением подумал Уинстон, вот он, Лондон, главный город Взлетной
полосы I, третьей по населению провинции государства Океания. Он обратился
к детству -- попытался вспомнить, всегда ли был таким Лондон. Всегда ли
тянулись вдаль эти вереницы обветшалых домов XIX века, подпертых бревнами,
с залатанными картоном окнами, лоскутными крышами, пьяными стенками
палисадников? И эти прогалины от бомбежек, где вилась алебастровая пыль и
кипрей карабкался по грудам обломков; и большие пустыри, где бомбы
расчистили место для целой грибной семьи убогих дощатых хибарок, похожих на
курятники? Но -- без толку, вспомнить он не мог; ничего не осталось от
детства, кроме отрывочных ярко освещенных сцен, лишенных фона и чаще всего
невразумительных.
Министерство правды -- на новоязе[1] Миниправ -- разительно отличалось
от всего, что лежало вокруг. Это исполинское пирамидальное здание, сияющее
белым бетоном, вздымалось, уступ за уступом, на трехсотметровую высоту. Из
своего окна Уинстон мог прочесть на белом фасаде написанные элегантным
шрифтом три партийных лозунга:
ВОИНА -- ЭТО МИР
СВОБОДА -- ЭТО РАБСТВО
НЕЗНАНИЕ -- СИЛА
По слухам, министерство правды заключало в себе три тысячи кабинетов
над поверхностью земли и соответствующую корневую систему в недрах...
ресурс http://www.maugham.ru/
