На этом мои объяснения кончены. Спокойной ночи, господа!" И К. повернулся к печке. "Землемер?" -- услышал он чей..
Франц Кафка (Franz Kafka)
«Замок»
>перевернуть там все вверх дном, пообещав членам семьи в самое ближайшее время похороны, разорение, бесчестие или иное непоправимое зло, о котором любой здравомыслящий человек не ..
Джером Клапка (Jerome Klapka)
«Пирушка с привидениями»
Сначала он иной раз просто терялся, сомневался, что развод может что-то решить. Но потом успокоился; второстепенные мелочи отступили перед основополагающими..
Кэри Джойс (Cary Joyce)
«В ногу с временем»
Смотрите также:
Большая советская энциклопедия.Сомерсет Моэм
Вы читаете «Дождь», страница 17 (прочитано 55%)
«Безволосый Мексиканец», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Белье мистера Харрингтона», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Божий суд», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Брак по расчету», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«В львиной шкуре», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Гонолулу», закладка на странице 10 (прочитано 50%)
Он еще не решил,
насколько доктор Макфейл сочувствует миссионеру.
- Миссионеры всегда стоят друг за друга, - начал он неуверенно. - Если
они разозлятся на торговца, можно сразу прикрывать дело.
- Он потребовал, чтобы вы ее выгнали?
- Нет. Он сказал, что, пока она будет вести себя прилично, он не может
этого требовать. Он сказал, что не хочет поступать несправедливо по
отношению ко мне. Я обещал, что посетители к ней больше ходить не будут. Я
ей только что об этом объявил.
- И как же она это приняла?
- Обругала меня.
Торговец смущенно поежился. Разговор с мисс Томпсон не доставил ему
никакого удовольствия.
- Ну, я думаю, она сама куда-нибудь переедет. Вряд ли она захочет
оставаться здесь, если ей нельзя будет приглашать гостей.
- Переехать ей некуда, только к какому-нибудь туземцу, а из них ее
теперь никто не примет, раз она не в ладах с миссионерами.
Доктор Макфейл посмотрел на непрерывно струящийся дождь.
- Пожалуй, нет смысла дожидаться, чтобы прояснилось.
Вечером в гостиной Дэвидсон стал рассказывать им о давних днях, когда
он учился в колледже. Он был беден и смог закончить курс только благодаря
тому, что подрабатывал в каникулы. Внизу было тихо. Мисс Томпсон сидела в
своей комнатушке одна. И вдруг заиграл граммофон. Она завела его назло,
стараясь забыть о своем одиночестве, но подпевать было некому, и музыка
звучала тоскливо. Это был словно зов о помощи. Дэвидсон и бровью не повел.
Не меняя выражения, он продолжал свой рассказ. Граммофон все играл. Мисс
Томпсон ставила одну пластинку за другой. Казалось, темнота и безмолвие
пугали ее. Ночь была безветренной и душной. Макфейлы легли, но долго не
могли уснуть. Они лежали рядом и с открытыми глазами слушали злобное пение
москитов над сеткой.
- Что это? - вдруг прошептала миссис Макфейл.
Из-за деревянной перегородки до них донесся голос - голос Дэвидсона. Он
звучал не затихая, монотонно и торжественно. Миссионер молился вслух. Он
молился о душе мисс Томпсон.
Прошло два-три дня. Теперь, когда они встречали мисс Томпсон на шоссе,
она не приветствовала их с иронической сердечностью и не улыбалась: словно
не замечая их, она угрюмо приходила мимо, задрав голову и хмуря
подведенные брови. Торговец рассказал Макфейлу, что она пыталась найти
другую комнату, но не смогла. Каждый вечер она проигрывала все свои
пластинки, но это притворное веселье уже никого не обманывало. Бойкие
мелодии звучали надрывно, словно фокстрот отчаяния. Когда она завела
граммофон в воскресенье, Дэвидсон послал к ней Хорна с просьбой немедленно
прекратить музыку, поскольку сегодня - день господень. Граммофон умолк, и
в доме воцарилась тишина, нарушаемая только ровным стуком дождя по
железной крыше.
- Мне кажется, она все больше нервничает, - сказал торговец Макфейлу на
следующий день.
Страницы: (30) : << ... 9101112131415161718192021222324 ... >>
Тем временем:
... Но вот и та не едет, это уже слишком. День святого
Варфоломея, в который она должна была прибыть, давно прошел, а любезная
брабантская кузина Иоганна не приехала, красивые шатры на Вильтенском поле
ждали напрасно. Люксембуржец, наверно, опять как-нибудь ловко вывернется.
Но на этот раз король Генрих уж не даст столь легко уговорить себя. Даже
долготерпению многострадального христианского короля есть мера и предел.
Он сердито взмахнул хлыстом, изукрашенным драгоценными каменьями. Он
помнил очень хорошо свое последнее свидание с Иоганном в мае, они тогда
обо всем договорились. Люксембуржец, надо отдать ему должное, явился тогда
в сказочно изысканной одежде. На нем, как и на всех господах его свиты,
было платье особого покроя, который только что входил в моду в Каталонии и
Бургундии и оставался еще неизвестным в Германии: платье это, донельзя
узкое, прилегающее вплотную - двое слуг с трудом могли напялить его на
Иоганна, - было сшито из многоцветной ткани, с отделкой в шахматную клетку
и широченными рукавами, почти до колен. Сам он, король-Генрих, придавал
особое значение модной одежде; однако Люксембуржец, спору нет, перещеголял
его. Богемско-люксембургские господа и причесаны-то уже по новой моде:
борода и волосы длинные - и когда только они успели отрастить их - вместо
бритого лица и коротко остриженных волос, как было в обычае при дворе с
тех пор, как он себя помнит. Ему импонировало и казалось прямо
удивительным, с какой легкостью и уверенностью Люксембуржец, чуть ли не в
одну ночь, освоился с новой модой. Поэтому Генрих, полный тайного
восхищения, беседовал с Иоганном только о модах, да еще о женщинах,
лошадях, спорте; политику же и неотложные деловые вопросы, связанные с его
браком, предоставил своим советникам...
Лион Фейхтвангер (Lion Feuchtwanger)
«Безобразная герцогиня Маргарита Маульташ»
ресурс http://www.maugham.ru/
